Чернобыльская катастрофа могла произойти раньше

25 лет назад взрывом был уничтожен 4-й энергоблок ЧАЭС. Техника подвела или люди - спор еще не окончен

В момент написания этого материала исполнилось ровно 25 лет со дня взрыва атомной электростанции в Чернобыле — гордости советских энергетиков и атомщиков и просто, на момент трагедии, самой большой АЭС во всем СССР.

И хватило лишь одного неудачного научно-производственного испытания, чтобы превратить символ гордости в символ страха и смерти.

На дату 25 апреля 1986 года руководство Чернобыльской АЭС назначило остановку того самого рокового 4-го энергоблока ЧАЭС. Стандартный планово-предупредительный ремонт не обещал ничего любопытного, разве что ожидалось испытание одного из предлагаемых режимов работы системы аварийного энергоснабжения. В случае аварийного отключения электричества, режим «выбега ротора турбогенератора» мог обеспечить энергией питательные и главные циркулирующие насосы реакторов.

Чернобыльская катастрофа могла произойти раньше. Подобные испытания на том же энергоблоке проводились в 1982, 1983, 1984 и 1985 годах, но заканчивались неудачно, не обеспечивая ожидаемого результата.

О том, как развивались события в деталях описано уже достаточно. Детальная хронология катастрофы пестрит научными понятиями и представляет интерес прежде всего для специалистов-атомщиков. Если переложить эту хронику на доступный язык — взрыв произошел из-за внештатной ситуации, возникшей в процессе эксперимента. Бытописцы тех страшных минут солидарно сходятся в том, что в какой-то момент испытательный процесс приобрел просто неуправляемую форму (отказало измерительное контролирующее оборудование) и протекал он буквально молниеносно. 1 час 23 минуты 04 секунды — начало эксперимента, далее технические подробностями с шагом в несколько секунд и, наконец, в 1 час 23 минуты 58 секунд реактор был полностью разрушен.

Пожар на ЧАЭС возникший от серии взрывов гремучей смеси удалось потушить лишь к 5 утра. При этом пожарные устраняли несколько десятков возникших очагов возгорания и спасали от пожара третий энергоблок. Их же самих уже ничего спасти не могло - они приехали в первые минуты и в самое пекло, на самую большую концентрацию заражения.

А виновных нашли очень быстро. «Московские Новости» к трагическому «юбилею» чернобыльской катастрофы опубликовали статью Михаила Мошкина «Попали в историю по приговору». В ней автор приводит короткие истории людей, имевших связь с чернобыльской трагедией. Так, приводится одно из первых сообщений директора ЧАЭС Виктора Брюханова, которое он отослал в Москву и Киев сразу же после аварии (директор приехал на станцию через полчаса после взрыва): «Реактор цел, продолжаем подавать воду в аппарат, уровень радиации в пределах нормы. Погиб Валерий Ходемчук, а Владимир Шашенок получил стопроцентный ожог поверхности кожи и находится в тяжелом состоянии», - указал в своем отчете Брюханов.

Далее он еще слал «наверх» отчеты о проделываемой работе и показаниях замеров радиации. «Наверху» Брюханова выслушивали внимательно, а 3 июля того же года Политбюро ЦК КПСС исключило его из партии за «крупные ошибки и недостатки в работе, приведшие к аварии с тяжелыми последствиями». При том, что ранее к работе кавалера орденов Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции и без пяти минут Героя социалистического труда у партноменклатуры претензий не было.

Однако когда претензии пришлось кому-то предъявлять Брюханова арестовали и, спустя почти год, приговорили к десяти годам лишения свободы по статье 220 УК СССР - «неправильная эксплуатация взрывоопасных предприятий». При этом перечень «взрывоопасных предприятий» имелся, но только АЭС в нем не значились. Перестроечный раж со стремлением быстрее и показательнее обличить тут сыграл роль или простая судебная неразбериха, однако сам Виктор Брюханов, живущий и по сей день, считает, что от расстрела его спасло лишь «исключительно то, что организаторы суда не смогли подвести под расстрельную статью», - так он сам предположил в одно из интервью. От чернобыльской АЭС у ее бывшего директора остались статус ликвидатора 1-й категории, да вторая группа инвалидности. При этом он не склонен отрицать вину работников АЭС, ставших первейшими жертвами катастрофы. Нарушения, как отметил Брюханов, конечно были. Однако они по всей своей совокупности, будь все точно предусмотрено проектом, привели бы максимум к выходу из строя энергоблока, но однозначно не к разрушению или тем более взрыву.

С ним, впрочем, не согласился академик Анатолий Александров, который после аварии на ЧАЭС поддержал выводы государственной комиссии и версию, изложенную в докладе МАГАТЭ, которые утверждали в виновности персонала АЭС именно в катастрофе, то есть самом взрыве.

Разговоры о том, кто более виноват в Чернобыльской аварии — техника или люди — затихают и разгораются с новой силой ежегодно, когда в прессе обнаруживаются кроме известных подробностей новые откровения, цитируются, осмысливаются и переосмысливаются документы без грифа «совершенно секретно» (а когда станут доступны документы с грифом — можно лишь предположить масштаб новых дискуссий).

Бывший главный инженер чернобыльской АЭС Николай Фомин, который как раз утвердил злополучный эксперимент «по определению характеристик генератора во время выбега ротора турбины», был арестован и пытался покончить жизнь самоубийством, в одном из интервью своеобразно примирил сторонников технической и человеческой версий аварии: «Меня во многом обвиняют. Не все, сказанное в мой адрес, считаю справедливым. Но в одном я виню себя сам: я всегда полагал, что главное в работе предприятия — это техника, а оказалось, что главное — это люди. Их значение я недооценил».

P.S. Поминальные мероприятия по погибшим в результате взрыва на ЧАЭС в ночь на 26 апреля проходят в ряде городов России. На Дворцовой площади в Петербурге в 1 час 23 минуты в небо взмыли 25 бумажных фонариков. В целом же, к акции «Чернобыль-25» присоединился 31 город в России и пятнадцати странах мира. В Киеве Патриарх московский и всея Руси Кирилл отслужил панихиду по погибшим в результате чернобыльской трагедии.

Виктор Мартынюк